Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: себе от себя (список заголовков)
12:48 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
В своем доме, в своем большом пустом доме Барни умер от тоски и одиночества.
Пыль да замочки. Замочки да пыль.

@темы: себе от себя

URL
21:57 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
я искренне считаю, что детям нужно петь на ночь.
мама всегда лежала со мной, пока я не засну. она пристраивалась на самом краешке кровати и начинала петь, и ее голос казался мне самым красивым на свете, а вариант исполнения песен - единственно верным; поэтому, кстати, уже в будущем, услышав оригиналы некоторых и подмечая в них какие-то несовпадения, я всегда была недовольна - не мамой, нет - авторами, которые неправильно написали их песни, ведь у мамы все звучало идеально, а вот у них - уже нет.

здесь некоторые тексты, скорее для меня. сейчас я пою их маше, пою их себе, когда мне грустно. я хочу, чтобы хоть где-то они были записаны. не найденные в интернете, а бережно хранимые в памяти и напечатанные вручную.

читать дальше

@темы: совиные истории, себе от себя, не сейчар

13:05 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
В какой-то момент я вдруг понял, что, скорее всего, никогда больше не увижу Барни. Я бы не называл это озарением, потому что для озарения нужна куда более подходящая ситуация; я же просто сидел за столом на кухне, размышляя о том, что лучше выпить: чай или кофе. Странно, как подобные мысли без какой-либо причины вклиниваются в повседневность, как они приходят - незваные, нежеланные - и сотрясают собой беззаботную рутину. Ты можешь не думать о чем-то месяцами, пока, в момент, не подходящий для этого не более, чем все остальные, в твою голову не врезается обух топора; и ты сидишь, бессильный, ничтожный, силясь поставить свою черепную коробку на место, чтобы из нее прекращали бурным потоком литься фонтаны накопленных тобой спокойствия и благоразумия. На место, оставшееся после них, ты пытаешься впихнуть эту новую мысль, новое осознание, но она то и дело вылезает за края. В конце концов, ты остаешься сидеть, тупо глядя перед собой, забыв про чай и про кофе, истекающий непониманием и несмирением, и оттого более беспомощный и жалкий, чем когда-либо.

@темы: себе от себя

21:11 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
если бы меня попросили описать этот новый год одним словом, я бы сказала "няшный". новосибирские улицы на этот раз как-то особо нарядно украшены: гирлянд на деревьях больше, елка выше, каток на площади вообще появился в первый раз на моей памяти; я пока еще не успела на нем покататься, но очень надеюсь на это в будущем, хотя и не знаю, как мне выбраться из крепких силков предстоящей ужасающей меня сессии. так вот об улицах. никогда прежде я так много не гуляла в новогоднюю ночь, тем более, в самом центре города. мы с ксюшей наварили полный термос чая, набрали мандаринов и пошли пешком от нашего дома до кафешки, где нас должны были ждать лю, войтов, его брат и сократяны. ну ладно, может быть термосок и был совсем небольшой, а мандаринов - всего четыре штуки, но это было незабываемо. мы обе были какие-то по-странному веселые, пели немного онемевшими ртами песни из наших четырнадцати-пятнадцати, все эти "на моей луне я всегда один", "город накрыло одеялом" и "ну что мне делать, если это любовь", поздравлялись с прохожими и спорили, кто несет термос, который я сначала запихала во внутренний карман куртки, а потом просто держала в руке, размахивая им на особо эмоциональных моментах. мы пели и, конечно, обсуждали наших лосей, наших китов и монстров, бабочек и лягушек. насчет последнего у нас с ней вечный спор; еще в детстве кто-то сказал ей, что в животе у влюбленного человека вовсе не бабочки летают, а лягушки квакают, и вот у нас на протяжении всех отношений такая точка преткновения: как же правильно. эта дискуссия где-то наравне с нашими "можно ли оставлять использованные пластыри на столе", "нужна ли занавеска в ванной и мусорка в туалете" и так далее. хотя с тех пор, как мы стали жить вместе, таких "точек" явно прибавилось, но перечислять все не вижу смысла, в конце концов, мы все-таки как-то с ними смиряемся.
так мы и шли, щекам было холодно, в голове - немножко пусто, а вообще как-то смешно. с ребятами посидели весело, но не очень долго, ох уж эти армянские родители.
потом, уже дома, снова был чай, снова были разговоры , и все это - до семи утра. когда легли спать, мне снилось, что мы выбираем котенка, почему-то обязательно черного, хотя, по словам бабушки-обладательницы-коробки-с котейками, самым лучшим был серенький, которого нам все равно было брать нельзя. так я и не поняла, обзавелись ли мы пушистым другом, потому что потом я уже рисовала монастырь. глупо: сначала я рисовала его карандашом, а потом разукрашивала, а надо было сразу красками; ксюша во сне немного издевательски надо мной посмеивалась, а потом оказалось, что рисую я его уже на ней, щедро водя фиолетовой и синей кистью по небу рядом с фасадом.
на утро я засунула в ее рождественский носок заговоренную на удачу записку, а потом мы ели московский салат прямо в постели, сидя под одеялом, и ксюша рассуждала о святости поедания салата утром первого января, с чем я была полностью согласна. "все-таки наши судьбы поразительно тесно связаны". да, пожалуй. сколько еще новых годов мы встретим вместе? и каждая - по-своему - в одиночестве.

дома-дома меня ждала мама, сладости и потрясающе красивая елка, наверное, самая красивая за последние годы. я снова включила старые песни и даже не танцевала, нет, просто ходила под них туда-сюда по комнате босиком, по холодному полу, хотя все еще немного болею, а на пятки налипло много-много еловых иголок, что показалось мне до ужаса правильным и закономерным, настолько, что я даже не стала их стряхивать. я много пела в эту ночь и в этот день. когда я занималась этим сидя на кухне, с закрытыми глазами и раскачивая головой, мне показалось, что мой череп, как палатка в гарри поттере - небольшой снаружи, и просто огромный, гигантский - внутри. честно говоря, меня это даже немного испугало, потому что я никогда прежде не ощущала подобного. мне казалось, что моя голова - большой зал, целый собор, болтающийся на маленьком теле, с сотней метров от затылка до лба, и я стою там внутри рядом со ртом, с другой его стороны, и пою, так, чтобы голос вырывался наружу; и он был глухим из-за эха, разносящегося в пустом черепном храме.
когда я открыла глаза, наваждение пропало. но я его запомнила.

я слышу мамин смех из гостиной, и мне от этого очень хорошо. в этом году я всей душой хотела бы, чтобы мои близкие люди больше смеялись и меньше плакали.

@темы: тот ещё хлеб, совиные истории, себе от себя, не сейчар, друзья

22:40 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
наверное, я любила его как-то неправильно. любовь не была моим спасением, не освещала мне путь, как то должно было быть. я будто шла по темному коридору, подсвечивая в темноте фонариком поочередно то пол и стены, то его фотографию как символ моих плутаний. фотография есть символ, образ - что угодно, но только не карта, не план эвакуации; скорее уж изображение цели, обещание приза в центре лабиринта, порождение ожиданий найти желаемое за следующим поворотом - но не сама цель, не сам приз. он всегда казался мне чем-то недостижимым; даже держа его руку в своей я не могла поверить в свое счастье, вечно ждала подвоха, вечно боялась. моим девизом было "каждый корабль - лишь ожидание кораблекрушения", и я как будто плавала вдоль берега, не решаясь сняться с якоря; ходила, как по минному полю, в одиночестве, в страхе, иногда оглядываясь на его призрачный силуэт, парящий в метре от земли. бывало, на меня накатывала такая неописуемая, такая смертельная тоска, что щемило сердце и становилось совершенно невозможно дышать, а смотреть на него, на, как мне в такие моменты особо остро казалось, весь этот обман, было невыносимо. тогда я утыкалась ему в грудь, зажмуривалась и пыталась раствориться в нем, пыталась забыть, кто я и кто он, да хоть умереть на месте - мне казалось, что раз уж суждено этому всему закончиться, то пусть это случится сейчас, пока мы еще вместе. он гладил меня по голове и ничего не понимал. он вообще часто ничего не понимал. когда мы расстались, он оправдывался тем, что я всегда улыбалась, что я ни о чем не беспокоилась, и меня окатил какой-то тихий ужас от осознания, что за столько времени он так ничего и не понял. как же так, я думала, как же так произошло, что он стоял перед закрытой дверью, из под которой лилась кровь, и даже не попытался поискать где-нибудь поблизости ключ или отмычку, чтобы зайти и спасти того, кто за этой дверью умирает.
я чувствую себя виноватой. наверное, в моих силах было доползти до ручки с обратной стороны и открыть ему, впустить , довериться. но я не справилась. я так отчаянно пыталась это сделать, что мне стало только хуже, и у меня все равно ничего не получилось. мне было бы проще винить его, но я не могу отделаться от мысли, что сама могла бы звать чуть громче, перестать бояться, что он увидит меня в таком состоянии, и позволить себе помочь.

@темы: себе от себя

19:37 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
У меня очень крепкая связь с Анями разных возрастов. Я имею в виду себя. Связь с самой собой, с самым близким мне человеком, который всегда так или иначе со мной остается, пусть даже где-то глубоко внутри. Серьезно, ребят, умейте ценить то, чем вы были, тех личностей, которыми вы являлись - все они неповторимы, все любили что-то свое, имели свои собственные взгляды, убеждения и привязанности. И они, конечно, - каждый в свое время - действительно искренне желали вам счастья, прилагая для этого все возможные усилия, - это уж наверняка, поверьте. Наверное, не у всех это получалось хорошо; кто-то, потерявшись в этом огромной мире, путая право и лево, правильное и неправильное, разрушал самое себя; но счастья для вас теперешних они все равно, пусть даже не всегда осознавая, всей своей душой хотели. И это здорово.

Со своими Анями я переписываюсь довольно часто, как бы это ни звучало. Перечитывая старые дневники (бумажные, конечно), я обязательно оставляю комментарии - не всегда добрые, иногда слишком едкие, но в большинстве своем по-доброму смешливые или даже подбадривающие. Очень интересно на протяжении многих лет наблюдать, как я росла и развивалась, как менялись моя речь, мои проблемы, мое восприятие окружающего мира. Комментарии тоже в этом деле помогают: каждый раз написанные с разным настроением и в разное время, они отлично дополняют картину моего взросления. Вы не представляете, но это целый маленький мирок, который я бережно охраняю и который иногда помогает мне разобраться в настоящем, потому что, между прочим, некоторые ситуации имеют свойство повторяться, и в таких случаях полезно обратиться за советом к самой себе.

А на столе у меня стоит фотография меня пятилетней. Иногда, знаете, влипну в какое-нибудь дерьмо, и тут вдруг на глаза попадается милое детское личико с доверчиво открытыми глазами; и сразу так стыдно становится перед этой маленькой девочкой, ведь, вроде как, ее же в дерьмо и втянула. В такие моменты всегда обещаю ей исправиться и что-нибудь предпринять. Я чувствую: она мне благодарна. Дело в том, что важно быть благодарным самому себе, если уж ты действительно сделал для себя что-то хорошее. Нет ничего плохого в том, чтобы иногда сказать пару приятных слов в свой адрес, похвалить, приободрить. Ничего плохого, правда.

***
Мою тоску подменила тревога, и она не находит выхода. Сегодня, напряженно обдумывая ситуацию, я как-то по инерции полезла в нижний ящик стола - тот самый, памятный, и внезапно наткнулась на записку, написанную моим почерком:

Привет.
Долго писать не буду) Просто знай: я с тобой. Я в твоем сердце. Я люблю тебя.
Целую, твоя Кошка)
2 июня 2009 года
00:04


Спасибо.

@темы: себе от себя, совиные истории, тот ещё хлеб

00:02 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
глупо искать повод, когда поводом является сам факт его поиска

@темы: себе от себя

20:58 

lock Доступ к записи ограничен

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:30 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Я любил слушать, как Барни играет. Меня всегда поражало, насколько быстро он разучивал все новые и новые произведения; каждый раз, заходя в его комнату, я слышал то Бетховена, то Шопена, то просто наугад вспомненные им мелодии. Хотя, конечно, были и любимые, – те, которые звучали в доме день за днем, скрашивая наше одинокое существование. Их было слышно в любом уголке дома: и внутри, и снаружи. Бывало, я выходил посидеть на крыльце, поиграть в гляделки с сорняковым парнем, как вдруг пространство заполняла прекрасная музыка – излечивающая, спасающая. Гляделок не получалось: все мое внимание было поглощено ею.
И все-таки эти моменты я любил проводить непосредственно рядом с Барни: я садился на пол или еще куда и слушал, слушал, пока звуки не стихали. Иногда он поворачивался и спрашивал, а какой момент у тебя самый любимый? какой самый сильный, по-твоему? самый пронзительный? И я вставал с пола и тыкал в ноты, или просто напевал, но чаще всего настолько боялся сфальшивить, что все–таки отрывал свой зад от паркета.

Сейчас ничего такого нет. Барни перестал играть, и дом замолк.
Тишина.

@темы: себе от себя

20:21 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Время от времени я скучаю по Барни. Все-таки неплохой он был парень, несмотря на все свои прибабахи. Странно говорить о нем в прошедшем времени, ведь я, в принципе, почти уверен, что он все еще где-то в доме, в нашем огромном пустом доме. Иногда я смотрю на все эти стены и окна и задаюсь вопросом, как мы вообще сюда попали? Из всех домов, хижин, хибар, квартир, зданий, построек и сооружений мы каким-то образом выбрали именно эту дыру, ожидая, видимо, что нам здесь будет хорошо. Или мы даже не задумывались об этом; честно говоря, я действительно не помню, о чем мы только думали, когда принимали решение здесь остаться.

Итак, неведомыми и лихими путями мы оказались здесь. Были ли мы счастливы? Счастливы ли мы сейчас? Я не помню, я не уверен, я хочу спать, есть, умереть. Вот и все. Каждый раз, каждый божий раз все повторяется по одному и тому же сценарию: мои обвиняющие взгляды на стены, мои яростные шаги в прихожей, мои отчаянные вопросы куда-то в никуда; а я до сих пор так и не смог придумать достойного ответа.

***
Бывает, в моменты особого расстройства, я, не видя ничего вокруг, выбегаю из этой деревянной коробки и резко останавливаюсь, не в силах вздохнуть. Моему взгляду открывается вид на прекрасное, самое красивое из всех, что я видел, поле, устланное цветами от края до края, так далеко, как только я могу разглядеть. И все во мне успокаивается.
Я закрываю глаза и вспоминаю, почему.

@темы: себе от себя

21:30 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Мы с Барни уже давно не виделись. Не знаю, чем он там занимается; одно только могу сказать: что бы он ни делал, он делает это тихо. Потому как я уже давно перестал замечать какие–либо признаки жизни в этом огромном пустом доме. Умер он, что ли. Мне, конечно, интересно, хотя и не так чтобы очень. Как–то раз мое нутро сгорело, и я перестал ждать встречи с этим ублюдком. Не думаю, что он стал мне совсем уж безразличен; все–таки я, наверное, до сих пор его люблю, куда уж денешься; однако лицо его постепенно стирается из моей памяти. Единственный раз, когда я со скуки решил его поискать, нечто похожее на человеческий силуэт прошмыгнуло в конце коридора, по которому я шел, и скрылось в одной из «запретных» комнат. Когда–то мы назвали их так из–за цепей и всевозможных замочков, которыми обвесил их прошлый хозяин, и из-за скопившегося в щели под дверью энносантиметрового слоя пыли (в одном из наших разговоров Барни заметил, что у нас такой слой пыли вообще повсюду, следовательно, комнаты, если судить по этому признаку, не такие уж запретные. Знаю я эти разговоры! В тот раз я протащил его через весь дом, останавливаясь у каждой двери, хватая в руки цепи с замочками, потрясывая ими и повторяя: «Ну, как тебе это? Что ты на это скажешь?»). И вот представьте себе, этот размытый силуэт юркнул в одну из «запретных», хотя это и было решительно невозможно из–за вышеупомянутых средств защиты. Что я мог сделать? Должел ли я был что–то делать? Я мог бы довести себя до любого из крайних состояний или хотя бы пойти и посмотреть поближе на эти чудеса; может быть, что–нибудь бы и прояснилось. Но я тогда, честно говоря, очень устал: эта часть дома – левое крыло – всегда действовала на меня весьма угнетающе и заставляла как–то излишне волноваться. И я ушел. Просто развернулся и почапал себе восвояси, выкинув из головы силуэты, тени, пыль и замочки.
И ни разу не пожалел.

@темы: себе от себя

05:24 

lock Доступ к записи ограничен

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
21:06 

два дня подряд это значит завтра

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
я в последнее время такая чувствительная стала
мама бы удивилась
киты киты киты

@темы: себе от себя

19:39 

недослушанный/недописанный/недосказанный разговор с Барни. 5 января 2012 г.

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Мы с Барни не разговаривали уже неделю. А может и две. Если честно, я уже давно потерял счет дням, еще с тех пор, как у нас закончился настольный календарь, то есть, пять месяцев назад. А может и семь. Или десять. Говорю же, сбился, порядочно сбился.

И вот он как ни в чем не бывало заходит на кухню, садится за стол и молча принимается за оставшийся с моего вчерашнего ужина сэндвич. Ничего удивительного, в принципе, если бы это не был первый случай нашего столкновения в доме за те самые вроде-бы-две-недели.

Так мы и соседствуем в одном маленьком помещении: он - сидя за столом, я - спиной облокотившись на холодильник. Никто друг на друга не смотрит. В тишине слышны только чавкающие звуки (Барни частенько не закрывает рот, когда жует, объясняя это тем, что главные вкусовые рецепторы у него расположены у самого основания челюсти; будь я проклят, если скажу, что понимаю, причем здесь это) и удары капель о ложку, лежащую в раковине. Не сказал бы, что меня это раздражает, я с некоторых пор вообще мало чего могу сказать о себе или о мире в целом. Вполне возможно, это как-то связано с окончанием календаря, но и в этом я тоже уверен не до конца.

-Ты уже поел?
-Да.
-Ничего ведь, что я съел твой сэндвич?
-Ничего.

Теперь остаются только капли в мойке.

-Ты влюблялся когда-нибудь?

Вот всегда так. Барни приходит, Барни спрашивает, Барни слушает, Барни уходит и снова оставляет меня одного. Интересно, он хоть понимает, насколько сложно мне потом снова привыкать к молчанию? Вряд ли он вообще когда-нибудь об этом задумывался, так что это все неважно, и я начинаю свой рассказ кивком головы.

@темы: себе от себя

23:52 

пустьлежит

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Сижу вот мысленно перед тобой -
весь такой натяжный, с клокочущим чувством
где-то в области легких; прости, такой
уж теперь я, во мне - чудовищно пусто, и
ты если спросить решишь вдруг, но -
с чего бы? - да так, интерес, не более,
может, узнаешь, как на такое дно
скатился, живя там в своей метрополии.
Ты знаешь, когда не можешь ни высказать,
ни написать, ни спеть, ни показать руками,
ни сплясать; когда ты пытаешься зеркалами
себя хоть как-нибудь отражать.
Когда вырываешь с мясом листки
блокнота, подаренного на праздник
любого святого; тогда от тоски
привлекает свет любого притона, и
если уж честно, все это глупость:
с тобой мы давно самих же перебороли.
Я сижу на кухне, фыркаю, хмурюсь,
стираю рукой лицо,
лохмача брови.

@темы: себе от себя

16:22 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Мне очень не нравится, что каждый, кто врывается в мое пространство, пытается скорректировать его по своему вкусу, так, как ему кажется правильным. Вот, например, я очень люблю солнечный свет в любых его проявлениях, будь то утренний солнечный свет, дневной солнечный свет или вечерний солнечный свет, будь то свет на улице или проникающий в дом через окно, будь то яркий прямой свет или свет рассеянный, пробивающийся сквозь клочья облаков.
Именно поэтому я до последнего стараюсь обходиться без света электрического: не включаю ни настольных ламп, ни люстр, ничего такого, что могло бы помешать моему любованию. И вот представьте себе такую ситуацию: я сижу на кухне, наблюдаю за тем, как садится закатное солнце, окрашивая стены и меня саму в красноватый цвет, который только ему и присущ; допустим даже, что в этот момент я рассказываю сама себе или маме, или еще кому выученное накануне стихотворение. Таким образом я создаю вокруг себя то, что я хочу вокруг себя видеть, слышать и чувствовать, что, надо признаться, удается мне довольно редко, отчего я ценю такие моменты гораздо больше чем, скажем, восемьдесят процентов прожитого мною времени вообще.
Надеюсь, мне удалось передать ту важность, коей эти моменты для меня обладают.
Но вернемся к конкретной ситуации на кухне вечером. Вот я сижу в уюте и спокойствии, как вдруг в кухню врывается, к примеру, мой брат, попутно включая свет, громко разговаривая и перебивая меня на полуслове. Я пытаюсь возмущаться, но меня никто не слышит, на меня никто не смотрит, все внимание уже приковано к новой маминой стрижке, да ради бога. И я спасаюсь бегством, спасаю то настроение, которое успела создать у своей реальности, проще говоря, убегаю в комнату, где солнце, увы, уже не светит, но где хотя бы тихо и все еще темно, где я могу перечитать вылетевшие из памяти строки стихотворения и перевести дух. В какой-то момент все становится на свои места, мое сознание - снова ровная водная гладь, моя душа снова полна умиротворения. Но, к моему великому несчастью, буквально через пять минут и сюда врывается, допустим, тот же брат, а за ним, например, папа, а где-то за их спинами маячит еще и мама, и они снова включают свет, снова шумят, что-то спрашивают, что-то ищут, открывают мои шкафы и окончательно разбивают мое пространство. Я выгоняю их, закрываю дверь, выключаю лампу, устало опускаюсь на стул, но ничего уже не вернуть, и я, полная разочарования, снова иду к проклятому рубильнику, включаю свет, а потом пишу этот бессмысленный пост.
Снова снова снова снова.
О господи.

@темы: совиные истории, себе от себя, пафос здесь есть, не сейчар

19:43 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Честно говоря, если бы в меня так упорно не вдалбливали важность материального благополучия, я бы, наверное, стала воспитательницей в каком-нибудь детском доме. Периодически я об этом думаю, и мне такая идея кажется просто прекрасной, но потом я вспоминаю, что не все так просто.

@темы: не сейчар, просто так, себе от себя

23:36 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Сегодня, во время моего пожирания на кухне зефира в шоколаде, я внезапно была настигнута каким-то ужасающим осознанием глупости и малозначительности окружающего меня мира. Нет, я все понимаю, правда, это выглядит смешно, может быть даже некрасиво и все такое, но вы бы знали, насколько это было впечатляюще. О. И если обычно что-то такое происходит, когда я абстрагируюсь и как бы "поднимаюсь" над происходящим вокруг, смотрю объективно, так сказать, то в этот раз все было с точностью наоборот. Я вдруг настолько ясно осознала принадлежность своему телу, своей жизни, своим "здесь" и "сейчас" и независимость при этом от многих факторов, которые считаются важными, что благополучно подавилась вышеупомянутым зефиром. Я даже не знаю, как получше объяснить. Просто всякие рассуждения о существовании бога, о "god exists" или все-таки "god exits", о далеких войнах, о чьих-то несчастьях и заботах показались настолько меня не касающимися, настолько от меня отдаленными, что мне только и осталось, что подивиться глобальной ничтожности этого самого глобального для меня.

@темы: тот ещё хлеб, себе от себя, не сейчар

11:53 

lock Доступ к записи ограничен

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:21 

Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
Мы сидим на веранде. После инцидента с пустой комнатой у нас состоялся короткий разговор, после которого..ну, собственно, после которого мы и оказались на веранде, а потом, уверен, окажемся еще в тысяче мест.
Я сижу на две ступеньки выше, поэтому не вижу его лица, да мне и не надо; его лицо я помню гораздо лучше чего бы то ни было, иногда у меня даже возникает ощущение, что кроме него я вообще ничего и не помню. Мы смотрим на раскинувшееся перед нами поле, на краю которого стоит наш дом. Оно заросшее и очень красивое, а если долго всматриваться, то может показаться, что из зарослей сорняков на тебя точно так же кто-то смотрит, смотрит внимательно, изучающе. Когда Барни досматривает до такого состояния, он отворачивается или вовсе уходит в дом. Говорит, ему и моих взглядов достаточно. Не знаю даже, это такая претензия или просто констатация факта?
В этот раз тайный наблюдатель все никак не появляется, поэтому мы сидим вместе довольно долго. Барни расслаблен, и мне это нравится. Хотя, надо сказать, мне нравится и когда он зол, и когда весел, и когда молчалив, и когда разговорчив, и мрачен, и воодушевлен, и груб, улыбчив, мягок, скучен, интересен,красив, уродлив, сидит, лежит, стоит, красный, белый, синий, губчатый, пористый, пустой, свободный и вообще любой. Мне не нравится только, когда его нет совсем. Думаю, это стало понятно еще раньше, когда я не нашел его на деревянном стуле.

Где-то между "пористым" и "пустым" он еле заметно дергается, чешет руку и спрашивает, был ли я когда-нибудь на похоронах. Вопрос как вопрос, поэтому после секундного промедления я выпускаю воздух из легких, говорю "смотри" и закатываю левую штанину.
- Вот здесь, - я провожу пальцем по темной полосе, - у меня след от огромного венка с железными прутьями, который я держал, когда несли гроб. Я называю его "похоронная отметина".
- Не слишком-то благозвучно, - замечает Барни, слегка повернув голову в мою сторону и без видимого интереса разглядывая шрам.
- Да уж.
Я оставляю штанину как есть и снова вглядываюсь в сорняки.
- Наблюдать похороны довольно занимательно. Я тогда впервые увидел покойника в живую, хаха, такая вот ирония. Я поцеловал его в лоб и сказал "спасибо за все", а потом отошел и просто встал рядом. Кто-то сказал мне не стоять на пороге, я уж не помню почему, что-то связанное с плохими приметами на похоронах, и это тоже показалось мне весьма интересным фактом. Потом мы вышли на улицу, погода была просто прекрасная; повсюду летали бабочки, а одна из них села на мой венок и стала ползать по искусственным цветам. Меня, помню, так заворожило это зрелище, что я даже забыл, где нахожусь, и что думать должен не о живых бабочках, обманутых цветами, предназначенными для могилы, а о самой могиле и о покойнике. Вот примерно во время этих мыслей я и чиркнул себя по ноге, случайно, конечно, но я до сих пор рад, что так случилось. Когда смотрю на свою отметину, всегда вспоминаю бабочек.

Барни еще раз смотрит на мою ногу. Мы молчим некоторое время, а потом я снова начинаю говорить .

- Но самое любопытное - это люди, что же еще. Было очень много стариков и старушек, в конце концов, хоронили мою бабушку, и большинство из них я видел в первый раз. Я останавливался на каждом, многим придумывал истории знакомства с умершей, и знаешь, даже вгрустнул. Почти все из них плакали, а меня мучил только один вопрос: они плачут из-за своей потери или из-за того, что понимают, сколько осталось им самим? Все-таки все они были примерно одного с ней возраста, у всех был один старт. И вот представь: ты бежишь, бежишь,несешься, очертя голову, а когда смотришь по сторонам, видишь, как один за другим сходят с дистанции твои товарищи. И бежать все тяжелее, и тех, кто рядом, все меньше. И ты понимаешь, что в любую минуту можешь стать следующим. Лично меня такие мысли ужасно подавляли бы, будь я на их месте. Я бы тоже плакал.
А потом я увидел старичка. Он зашел в дом, попрощался с бабушкой и ушел, не дожидаясь, когда гроб повезут на кладбище. Все это время он молчал, казалось, полностью уйдя в себя. И даже не заметил, что я вышел за ворота вместе с ним и взглядом проводил его до самого поворота. Он шел медленно, скрючившись, опираясь на трость, и впечатление создавал какое-то слишком унылое даже для похорон. Хотя тут я, наверное, ошибаюсь, потому как уж явно не мне судить о том, насколько унылым человек должен быть на таких мероприятиях.
Так вот, он ушел, а я сразу побежал обратно и спросил у своей тетки, кто это был. Она сказала, что не знает и вообще его не заметила, и я сомневаюсь, что его кто-то заметил, кроме меня. Ему я тоже придумал историю. Очевидно, он был незаметным славным деревенским парнем, который однажды, десятки лет назад, влюбился в девушку, приехавшую в эти края из другой страны, и так никогда ей не признался. И вот она умерла, и он видит её мертвое лицо, бывшее когда-то таким молодым и прекрасным. Я бы на его месте тоже ушел домой сразу. Возможно, меня даже ждала бы жена. Но в этот день я бы не стал с ней разговаривать.

Барни встает со ступеньки, отряхивает зад и поворачивается ко мне.
- Он опять смотрит, так что я пошел. Потом расскажешь, что было дальше.
С этими словами он перескакивает через оставшиеся ступени и исчезает в доме. Я молча продолжаю смотреть в поле. Тайного наблюдателя я заметил еще минут семь назад, хорошо, что Барни на это всегда требуется больше времени, иначе он не дослушал бы про старика.

- Такие дела, - обращаюсь я к сорняковому парню, - такие дела.

@темы: себе от себя

хлеб с аджикой.

главная