Анна Коша
Я устроил это ебаное разглагольствование, во-первых, естественно, потому, что я хотел доказать собственную правоту. (с)
почему-то очень рассмешила ситуация:
ксюша режет хлеб, кусок распадается надвое, совсем небольшая часть падает на немытый пол. я сижу и флегматично наблюдаю за происходящим. тем временем ксюша, как обычно, начинает ругаться и проклинать все вокруг, потом все-таки поднимает хлеб и с неуверенностью смотрит на меня:
— ну, теперь-то придется его выкинуть.
я продолжаю молчаливо смотреть, не выражая ни согласия, ни протеста.
ксюше почему-то становится очень неловко, это видно, и она, помявшись, с виноватой улыбкой продолжает:
— это я, конечно, шучу. зачем же выкидывать.
тут же начинает старательно дуть на хлеб. я разлепляю губы и невыразительно выговариваю:
— да мне как-то без разницы, если честно.
через секунду ксюша с явным облегчением отправляет кусок в ведро.
знали бы вы человека, вы бы поняли мое удивление из-за того, что ее вдруг так взволновало, что я об этом подумаю.
с другой стороны, возможно, дело в том, что обычно мы обе очень расстраиваемся, если вдруг приходится что-то выкидывать.

***

вчера в новосибирске была такая прекрасная погода, что даже не верилось. настолько не верилось, что я зачем-то натянула на толстый свитер еще и плащ. яркий пример сибирского сознания: переключаться с холодов на жару никогда не получается с первого раза — всегда выходит ошибка с одеждой. в итоге, пришлось мне полдня проходить с плащом, перекинутым через левую руку. но ничего страшного, в конце концов, это все равно лучше, чем если бы дул холодный ветер, и теплая одежда действительно бы пригодилась.
вообще, я впервые за долгое время так долго и с наслаждением гуляла. даже легкий ветерок был приятным и почти не раздражал. я шла, слившись с толпой людей, ставших вдруг гораздо более разными и интересными без своих безликих пуховиков и шуб. на главную площадь города вывалили скейтеры, раз за разом демонстрирующие чудеса спортивного искусства. да и везде, где только есть место для колес, теперь можно встретить людей на велосипедах, коньках и даже в кедах с приделанными колесиками. повсюду, на всех лавочках в каждом сквере, парке и на самой короткой аллее, сидят или стоят, прохаживаются или пробегают люди — улыбающиеся, дождавшиеся тепла. всеобщий энтузиазм — подзарядка для своего собственного, поэтому я старалась идти и пропускать его через себя, насыщаясь жизнью большого города, будто греясь под лучами весеннего солнца.

@темы: тот ещё хлеб, совиные истории